Фотопластика

В мировой фотографии середины ХХ века монтажом пользовались многие авторы, но наиболее известны широкой публике Джерри Ульсман и Питер Джоэл Виткин. Эти мастера сделали монтажную фотографию делом своей жизни, уделяя внимание как содержанию работ, так и совершенствованию способа изготовления своих произведений. Здесь необходимо отметить, что создание плёночных монтажей требует от фотографа не только таланта художника, но и таких «нетворческих» категорий как дисциплина, точный расчёт, рукоделие и океан терпения. Это невероятно кропотливый труд, доступный только очень требовательным к себе и своему творчеству авторов. Для этих фотографов важен не столько документ своего времени, сколько его интерпретация.

По своей природе любая фотография документальна, но когда она попадает в руки художника – её трансформация неизбежна. Сто лет назад об этом говорил и фотографик Ян Булгак. Вот цитата из моего перевода книги Булгака «Эстетика света»1936 г. «Раньше негатив безапелляционно диктовал содержание фотографической картинки. Сегодня негатив вернулся к своей первоначальной роли, более скромной и верной. Негатив стал материалом, исходным пунктом для дальнейшей авторской интерпретации образа». Это утверждение, на мой взгляд, было верно как для времени фотографики, так и для последующего.

Появление цифровой фотографии и программы Фотошоп максимально упростило технику создания монтажных композиций и предоставило автору полную свободу действий. Как видим, развитие фототехнологий снова определяет и новые формы фотографии. Но новые технологии требуют и новых и обязательных навыков, которые в плёночной фотографии были не столь важны. Речь идёт о художественном образовании и для цифрового фотографа. Даже если он не планирует заниматься монтажной фотографией – набор инструментов для обработки любой фотографии требует знаний о композиции, о светотеневых законах, о цветоведении, о разных видах перспективы и многом другом. Разумеется, речь идёт об авторе, который хочет работать с фотографией, а не надеяться на готовые фильтры и коррекции по «улучшению фоток». К сожалению, прекрасная программа Фотошоп стала негативно-нарекательной именно потому, что её возможностями стали пользоваться безграмотные зрители, возомнившие себя фотографами после покупки камеры. Монтажная фотография стала популярной в качестве создания «прикольных картинок». Однако время показало, для кого фотошоп развлечение, а для кого – инструмент для творчества.

По разным, в том числе и объективным причинам своего времени мне не удалось связать судьбу с большим кино. Но когда появилась «цифра» я понял, что это мой инструмент, мой материал, который, возможно, искал всю жизнь. Я понял, что смогу снимать своё кино одним кадром.

Свои первые цифровые монтажи я сделал в 2004 году и от зрителей сразу услышал вопрос – «А как это всё называется?» Как назвать произведение, выполненное из фотографического материала, похожее на живопись, но живописью не являющееся?

Можно было всё свести к привычному «фотомонтажу», но я подумал, что «монтаж» – это технический термин, это способ создания работы, но никак не вид фотографии. Термин «фотопластика» появился в голове сам собой, как новое название новой технологии. Строго говоря, фотопластика – это цифровая многослойная монтажная фотография. Плёночный и бумажный монтаж предполагали, на мой взгляд, насилие над материалом и определённую ограниченность возможностей, а цифра делала всю работу лёгкой, чистой, тонкой и пластичной, оставляя художнику только «муки творчества». Мягкость тональных переходов, отсутствие монтажных стыков, неограниченное количество образов и фактур, любые виды тонировок, возможность в любое время возвращаться к работе, что-то убирать или добавлять – всё это было недоступно в прошлом и мне показалось, что новый термин, по аналогии с «фотографикой» вполне соответствует цифровой технологии и свою первую выставку в 2007 году я назвал «Фотопластика». Работа в этом направлении оказалась чрезвычайно увлекательной и вполне продуктивной. А, главное, я нашёл свой язык, на котором мог уверенно разговаривать со зрителем. Но в первую очередь – сам с собой.

Я всегда много путешествовал, много снимал, но это занятие не приносило удовлетворения – оно ни во что не превращалось. И мне всегда казалось, что во время путешествия, посещения какого – либо места я вижу и чувствую что-то более важное и интересное, чем то, что я вижу в действительности. В очень редких фотокадрах я находил адекватные месту ощущения и документальная фотография меня не радовала. Я видел что-то другое. Но когда Фотошоп мне позволил работать с образами, временем и пространством по моему желанию, я интуитивно нащупал и стиль, и темы, и способ изложения первоначальных ощущений. Но это путь очень индивидуальный и, увы, не передаваемый как метод. Есть только заурядная схема – нашёл объект, снял, придумал образ, отобрал материал и скомпоновал картинку. Сам процесс – это такое рисование глазами, когда 3-5 и более слоёв с отобранными изображениями перемещаешь по экрану, добиваясь нужного рисунка. Нужного соответствия тому образу, который я видел или чувствовал либо на натуре, либо после съёмки. Соответствия тому, что меня заставило снять и выбрать этот кадр, а не другой. Это работа непредсказуема – иногда на создание одной картинки уходит час, а иногда – годы. И я не знаю другого искусства, где к работе можно возвращаться, переделывать, добиваться нужного результата – и не оставлять следов переделки. Конечно, у этого процесса есть свой минус – можно заниматься улучшением бесконечно. Но это уже зависит от автора. А главная сложность фотопластики в том, что мало авторов, которым этот вид фотографии действительно близок и нужен, особенно в наше прагматичное время. Чаще простой монтаж используют дизайнеры.

Сегодня для тех авторов, которые занимаются цифровыми монтажами на фестивалях и конкурсах присутствуют номинации для этих работ. Но нет единого термина, который бы убедительно характеризовал этот вид фотографии. Такие названия, как «компиляция», манипулятивная фотография», «диджитал коллаж», на мой взгляд, однобоки и спорны, и в них отсутствует универсальность термина. Я всегда подчёркивал, что не претендую на лавры первооткрывателя, но свои цифровые монтажи называл, называю и буду называть именно «фотопластика».

Однажды этот термин я встретил у венгерского авангардиста 20х годов ХХ века Ласло Мохой-Надя. Но его произведений под этим названием я не нашёл. Прошлый век был исключительно богат на названия новых технологий и направлений в искусстве. В том числе и в фотографии. Наш земляк, великий фотограф Ян Булгак стремился очистить фотографию от ремесленничества и придать светописи достойное место в мировом искусстве. Ему принадлежит и термин «фотографика», термин, которым сегодня пользуются во всём мире. Я рассматриваю фотопластику, как одну из ветвей фотографики, которая в свою очередь – великая ветвь нашего общего дерева – дерева фотографии.