В Советском Союзе отсутствует высшее образование в области фотографии. Не существует и коммерческой фотографии в привычном западном понимании. Фотогалереи – единичны, преимущественно в прибалтийских республиках. Выставки редки и эпизодичны. Западные фотожурналы можно найти разве что в крупнейших библиотеках больших городов – и то в единичных экземплярах. Материалы и техника заметно уступают тем, что доступны фотографам на Западе.
И всё же именно в этих условиях постоянного дефицита и ограничений существует активная, живая и по-настоящему интересная фотографическая среда. Несмотря на неблагоприятную ситуацию, значительная часть работ демонстрирует высокий художественный уровень – редакция журнала FOTO неоднократно убеждалась в этом на практике.
Валерий Лобко, 38 лет
– Возможно, именно нехватка и низкое качество фотоматериалов заставили нас работать на пределе возможностей, – говорит Валерий Лобко. – Нам никогда ничего не даётся «авансом».
Лобко живёт и работает в Минске – столице Белоруссии, на юго-западе Советского Союза. Ему 38 лет, и эта поездка в Швецию стала для него первой зарубежной. С собой он привёз несколько сотен фотографий – работы около двадцати авторов, объединённых интересом к художественной фотографии.
Несколько лет назад, работая школьным учителем, Лобко параллельно организовал фотоклуб. Его задачи выходили далеко за рамки технического обучения. Он стремился заинтересовать учеников фотографией как способом мышления – инструментом формирования визуального и эстетического взгляда на мир.
Обучение строилось поэтапно. В первый год участники осваивали все возможные приёмы, хитрости и обходные пути, позволяющие добиться качественного изображения при откровенно плохих материалах. Второй год был посвящён уже не технике, а содержанию – осмыслению изображения и поиску авторского стиля.
Принципиальная позиция Лобко оставалась неизменной: фотография не должна быть простым отражением реальности. Изображение обязано быть преобразовано – через выбор мотива, работу в тёмной комнате или сочетание этих уровней. Фотограф, по его убеждению, всегда высказывается. Его отношение к объекту съёмки должно быть ясно прочитано зрителем. Простая фиксация «как есть» не обладает художественной ценностью.
Разговор происходит через переводчика, из-за чего диалог временами кажется сдержанным и суховатым – неизбежно теряются интонации и нюансы. Однако даже сквозь языковой барьер ясно: взгляды Лобко на фотографию сформулированы чётко и продуманно. О чём-то другом он, по сути, и не считает нужным говорить.
Посещение библиотеки журнала FOTO производит на Валерия Лобко и Ирину Сухий почти ошеломляющее впечатление – восторг, сравнимый с детским ощущением в кондитерской.
– Подобной литературы в Советском Союзе просто не существует, – говорят они.
Со временем внутри фотогруппы сформировались два самостоятельных направления, что в итоге привело к её разделению. Одну из групп возглавила Ирина Сухий, приехавшая в Швецию вместе с Лобко. По её словам, именно его энергия и профессиональная строгость стали фундаментом для неё самой и для нескольких поколений молодых фотографов.
Сам Лобко рассказывает об этом без ложной скромности:
– Я считаю, что мне удалось сдвинуть с места художественную фотографию в Советском Союзе. То, что нашу группу знают остальные, – лучшее подтверждение.
Четверо участников коллектива были представлены на выставке новой советской фотографии, прошедшей прошлой зимой в Культурном центре Стокгольма.
– После долгого существования на уровне любительства мы – при всей незрелости нашей фотокультуры – достигли предела возможного в нынешних условиях, – говорит Лобко. Ирина согласно кивает. – Теперь нам необходимы новые контакты – как за рубежом, так и внутри Советского Союза. Нам нужна свежая энергия и новый импульс для развития.
По образованию Валерий Лобко – филолог и лингвист, специалист по истории и происхождению славянских языков. Сегодня он без колебаний говорит, что все силы и всё свободное время отдаёт фотографии. Когда разговор заходит о деньгах, он заметно смущается и после паузы уточняет: формально он числится сотрудником Академии наук, где работает над белорусским словарём.
– Но сердце моё – в фотографии, – добавляет он, почти оправдываясь.
Ирина Сухий по образованию тоже лингвист. Сейчас она работает в молодёжном культурном центре в Минске.
– Моя самая большая мечта – собственная фотостудия, – говорит она.
В одном они сходятся безоговорочно: ключевой вопрос – как зарабатывать фотографией в Советском Союзе?
Государственным предприятиям время от времени требуются рекламные изображения, однако в таких случаях они обращаются к штатным фотослужбам. Это замкнутая система государственных монополий. Именно с ними – и с так называемыми прикладными фотографами – Лобко и его коллеги хотели бы конкурировать.
– Мы вырастили целый ряд фотографов – да, до уровня мастеров, – говорит Валерий. – Но общество к этому не готово. Государственные фотографы не заинтересованы в появлении конкурентов.
Ни штатные фотографы, ни ремесленные портретисты, выполняющие стандартные заказы, не стремятся к развитию. Их задача – работать быстро и предсказуемо. Прикладные фотографы – по сути, довольные своим положением ремесленники с доходом выше среднего. Сотрудники государственных фотомагазинов не готовы рисковать, экспериментировать с цветом, формой или техникой.
– Я видел немало примеров, когда по-настоящему талантливые фотографы сознательно отказывались от эксперимента – разумеется, в ущерб творчеству.
По мнению Лобко, появление конкуренции могло бы радикально изменить ситуацию. Возможность зарабатывать фотографией стимулировала бы развитие собственного визуального языка. В выигрыше оказались бы и фотографы, и зрители.
– В остальном, – добавляет он, – мы, вероятно, сталкиваемся с той же дилеммой, что и фотографы во всём мире: как художник ты должен быть готов к скромным доходам, а как коммерческий фотограф – зарабатываешь хорошо.
Валерий Лобко и Ирина Сухий входят в группу советских граждан, приехавших в Швецию для участия в советско-скандинавской встрече «Диалог», проходящей в Стокгольме. Проект инициирован организацией Next Stop Soviet с целью наладить прямой контакт между Востоком и Западом без посредничества политических и бюрократических структур.
В группе – музыканты, художники, актёры, рабочие и служащие.
– Мы надеялись познакомиться с молодыми скандинавскими фотографами и, возможно, договориться о создании постоянной фотовыставки в Минске, – говорит Лобко. – К сожалению, это оказалось сложнее, чем мы ожидали.
По его словам, несмотря на собственную подготовленность, они нередко сталкивались с неподготовленностью принимающей стороны. Контакты не всегда оправдывали ожидания. Тем не менее встреча с Фотографическим музеем, по его мнению, может оказаться плодотворной – как и сотрудничество с журналом FOTO. Возможно, часть недопонимания связана с разницей поколений: скандинавские участники проекта заметно моложе.
Лобко говорит и об обратной стороне публичности:
– Публикации не всегда идут на пользу. Некоторые фотографы из нашей группы уже печатались, например, в финском фотожурнале. В результате те, кого не опубликовали, начали подражать коллегам, фактически отказываясь от собственного языка. Желание быть увиденным естественно, но если путь к этому – копирование, это тревожный сигнал.
– Удалось ли вам что-нибудь снять во время поездки?
– Разумеется. Но нам приходится себя контролировать, чтобы не скатиться к обычной туристической съёмке. Представьте: Ирина уже бывала за границей и была к этому более-менее готова. А для меня – советского человека, впервые оказавшегося за рубежом, да ещё и фотографа – это было настоящим потрясением.
Здесь, по их словам, всё кажется экзотическим.
– Например?
Валерий и Ирина переглядываются, тихо советуются.
– Возможно, это прозвучит странно, – улыбается он, – но для нас экзотичны даже ваши магазины. Не как фотоэтюды, конечно, но устоять перед таким изобилием почти невозможно.
Они показывают купленные в Швеции подержанные камеры Yashica.
– Пожалуй, мы будем единственными в Минске с японскими камерами, – говорит Лобко с заметной гордостью.
– Они не самые новые, – добавляет Ирина, – мы не можем вывозить много денег. В любом случае для нас это очень достойные аппараты.
С новыми камерами они снимали, среди прочего, архитектуру – как историческую, так и современную – и особенно были поражены обилием воды, буквально пронизывающей Стокгольм.
– Думаю, эта поездка и всё, что мы здесь сняли, помогают нам лучше понять самих себя, – подводит итог Валерий. – Это делает нас более зрелыми художниками и, в конечном счёте, развивает нас как людей.